|
Хлебом Воскресенские бабы 49 дней фильм скачать скачать дней Темлюков посторонился, пропустив трактор. В маленькой кабине гоготали трое молодых мужиков. Двухэтажное правление находилось в центре поселка. Перед ним через всю улицу висел транспарант: "Продадим Родине сто тысяч тонн кормовой свеклы". Кабинет Клыкова размещался на втором этаже. Директор вышел встретить гостя. Молодец, встаете по-нашему, рано. В городах привыкли дрыхнуть до обеда. Как спалось на новом месте? Даже с полным пузом прекрасно. В городе после нашей вчерашней трапезы я бы отходил неделю. В стеклянных шкафах его кабинета сверкали нетронутым переплетом классики марксизма-ленинизма. Со стены портретом щурился вождь мирового пролетариата. На письменном столе большая фотография. Сам товарищ Подгорный пристраивает звезду Героя на лацкан пиджака Николая Лукьяновича. Темлюков расписался на договоре. Получил от кассирши Дуньки аванс и уже хотел уходить, но Клыков его задержал. Вон его "Волга" катит, указал Клыков в окно. Думаю, вам многое станет понятно в работе сельского труженика. Темлюков уселся в уголок.

Косолапо ставя на паркет 49 дней фильм скачать полуботинки, скачать скачать фильм директору здороваться. Потом достал из портфеля бумагу и выложил ее перед Клыковым. Темлюкову показалось, что Клыков ему подмигнул. Потом мужчины поговорили об охоте на Воскресенских болотах. Николай Лукьянович открыл сейф, извлек бутылку коньяка и три рюмки. Закусили яблоками, что лежали в вазе на окне. Отправив приветы женам, мужчины распрощались. Клыков сказал Темлюкову: Первое действие закончено, переходим ко второму, и вызвал по телефону своего агронома. В кабинет вошел сутулый, дубленный солнцем и ветрами агроном Попов. Клыков подвинул к нему бумагу: Вот, Петрович, морковь нам велят сеять. Что ж я, на старости лет скажу людям морковь здесь сажать? Откуда вы на нас свалились? Неужто мы тут не знаем, что сажать, что нет! Он из Москвы приехал наш клуб украшать. Морковь не по его части. Агроном плюхнулся в кресло и тяжело задышал. Его голубые выцветшие глаза выражали растерянность и детскую обиду. Казалось, еще немного, и он заплачет. Получи семена, возьми третью бригаду. Насыпьте гектара на три реденько. А через неделю дадим в райком телеграмму: "Морковь не взошла, перепахали под картошку". Агроном подбежал к директору, несколько секунд стоял, впившись в него глазами. Затем его скрючил приступ смеха. Темлюков тоже не удержался. Мужчины смеялись до слез. Когда доканчивали бутылку коньяка, Петрович сказал Темлюкову: Ты уж прости меня, старого дурака. Я тебя за чайкомовскую крысу принял. Давно я так не смеялся. Вам бы, Николай Лукьянович, на сцену. В вас прирожденный артист пропадает. Клыков был явно доволен. Поэтому будьте любезны услышанным ни с кем не делиться. Темлюков, возвращаясь в свой Дом культуры, думал о том, как трудно было все эти годы красному барину Клыкову.
|